| Millennium Mambo |
[Dec. 13th, 2009|06:28 pm] |
Новый миллениум. Ночные клубы как храмы очищения. Электронная музыка как несменный саундтрек. Викки в очередной раз пытается уйти от своего парня. В очередной раз это заканчивается ничем. Каждый раз, уходя, она возвращается, словно загипнотизированная, - комментирует ее жизнь нежный женский голос за кадром.
Викки и ее парня объединяет незаконченное образования, отсутствие денег и планов на будущее. Будущего нет. Прошлое уже осталось позади. И если отношения должны питаться общими интересами, то все это, так же как и ночные клубы, и есть их интересы.
И каждый раз она возвращается к нему. Они спорят, он проверяет ее звонки, крутит пластинки, курит крэк, пытается взять ее силой. Но когда заканчивается любовь – заканчивается и власть одного человека над другим. Викки – свободна, но эта свобода, кажется куда страшнее любого заточения, испорченной любовью.
Кроме этого, у Викки есть хороший приятель Джек, которому она, как поясняет все тот же голос за кадром, «подобно старинному приятелю». Он оберегает ее, во время очередной попытки бегства разрешает остаться у себя. Между ними нет сексуального влечения. Они обсуждают общих знакомых: кто завязал, кто как поживает, у кого теперь какие проблемы.
В один из вечеров, после очередного разрыва с парнем, она признается Джеку, что не знает, как жить дальше. Тот ее молча выслушивает, а спустя какое-то время предлагает ей уехать вслед за ним в Японию.
И вот во всем этом, в этой довольно простой истории, Хоу Сяосянь не пускается ни в какие морализаторства. Он просто рассказывает историю, где-то, возможно, немного утрируя, где-то наделяя происходящее восхитительными цветами, где-то оставляя место поэтики, а где-то лишая ее как таковой. И текст предшествует действу, а то в свою очередь, сменяется тишиной. Прекрасной наполненной тишиной. |
|
|
| (no subject) |
[Dec. 6th, 2009|09:31 pm] |
На youtube, кстати, оказалось замечательное видео-интервью Жака Риветта Сержу Данею. Риветт сидит в кафе, рассказывает о своих юных годах, о переезде из Руана, о жизни в Париже, работе в Кайе….
...а вот здесь уже Бюль Ожье рассказывает о Риветте. О первой встречи с ним, о совместной работе и о Риветте вне съемочной площадки.
|
|
|
| JLG |
[Dec. 3rd, 2009|11:57 am] |
Сегодня, просто, необходимо пересмотреть «Маленького солдата», как, один из самых прекрасных и безумно любимых мною фильмов Годара.
|
|
|
| Жак Риветт |
[Dec. 2nd, 2009|10:32 am] |
Расскажите о вашем знакомстве с группой Cahiers?
Основным нашим отличием от критиков из Positif, например, было то, что мы все хотели снимать фильмы. Я познакомился с Франсуа, Жан-Люком и другими, сразу же после своего переезда из Руана. Мы встретились во французской Синематеки, на проспекте Мессин, где пропадали почти каждый вечер. Что выделяло нас от других киноманов, так это то, что даже не смотря на наш возраст (мне было 21, Франсуа - 17), мы уже были уверены в том, что хотим снимать фильмы. Мы понятия не имели, как это делать, я, например, не знал абсолютно никого. Не имея никакого желания учиться, я поступил в Колледж искусств, лишь для того, что бы иметь возможность пользоваться преимуществами, получаемыми студентами. Франсуа же только, что был освобожден Андре Базеном из военного заточения. И желание быть режиссерами, желание снимать кино, сразу же объединило нас.
Желание снимать появилось у вас еще в Руане?
Все началось из-за Жана Кокто. Определяющим фактором стал выход фильма «Красавица и чудовище» и в большей мере даже публикация дневника о его съемках. Я был большим поклонником Кокто, я прочитал у него практически все. Но в то время, я не очень-то знал, что буду делать в будущем. И вот когда я читал этот дневник, в котором он рассказывал о работе со своей командой, о работе с Жаном Маре, о всех тех трудностях с которыми он столкнулся на съемочной площадке - тогда я сразу понял, что это именно то, чем я хотел бы заниматься. Я понял, что кино это место, где происходят разные вещи, где можно дискутировать с людьми, изобретать и испытывать какие-то вещи, в независимости от того, работают они или нет.
Вы привнесли в Cahiers пристрастие к интервью и идею походов на съемочную площадку
Это все было главным оправданием, нашего желания увидеть то, что происходит на съемочной площадке. Я, помню, как впервые оказался на съемках. Это был фильм «Madame de…» Офюльса. Я пробыл там два или три дня, просто стоя в стороне и наблюдая за работой Офюльса и Даниэль Дарье. При этом, я так ничего не написал. А, интервью в Cahiers - это все же веяние моды. В то время, по радио крутили продолжительные интервью с писателями: Жидом, Léataud и другими. И был Клодель, который редактировал эти тексты для издательства Gallimard, при этом, практически ничего в них не изменяя. И когда вышла эта книга, мы с Франсуа поняли, что это именно то, что мы должны делать. Мы взяли наш магнитофон и отправились на встречу с Жаком Бекером. |
|
|
| Un conte de Noël |
[Nov. 10th, 2009|12:22 am] |
«Рождественская сказка» Арно Деплешена - прекрасна. Это один из тех фильмов, которых если б и не было, то их обязательно нужно было бы придумать. И, наверное, символично что снял его именно Деплешен. Фильм-фантазия, фильм-мечта, где «толи мечта стала целым миром, толи мир стал мечтой». Здесь есть отголоски «новой волны», здесь есть отсылки к сэлинджеровской семье Гласс. И главное, здесь потрясающие Мельвиль Пуппо и Кьяра Мастрояни играют супругов, а Пуппо и Матье Амальрик - братьев, которые вместе со своей сестрой Эн Консиньи собираются на Рождество у своей матери Катрин Денев. |
|
|
| (no subject) |
[Nov. 7th, 2009|12:29 pm] |
«Я всегда удивлялся, сколько усилий и как много времени тратится на приглаживание фильмов, на изысканность и точность картинки. И я подумал, почему бы не начать снимать фильмы, в которых ценностью обладало бы исключительно содержание. Взять камеру и снять все с рук. Никаких тележек – что получится, то получится. И потом не заморачиваться цветокоррекцией, ничего особенно не микшировать, не придавать значения всей этой точности и просто посмотреть, что получится. Хочется сделать смену планов – делай и не переживай при этом, что получится слишком резкий переход. Делай все что хочешь, забудь обо всем, кроме содержания фильма. Так я и поступил»
Вуди Аллен
о съемках фильма «Мужья и жены» (1992 год) |
|
|
| (no subject) |
[Nov. 4th, 2009|12:37 pm] |
Ищу работу редактором сайта, редактором раздела. С целью создать проект с нуля, создать интересный контент, улучшить работу сайта/рубрики/раздела и т.д. и т.п. Тематика: кино, культура.
Буду крайне признателен за любую информацию и предложения. В данный момент интересует так же любая удаленная работа и фриланс.
Комментарии, на всякий случай, скриню. |
|
|
| Владелец бойцовских петухов/ Gallero |
[Oct. 29th, 2009|02:47 pm] |
Главный герой, Марио, разводит бойцовских петухов, живет отшельником и зарабатывает на жизнь разовыми подработками. Однажды, он знакомится с Хулией, пожилой женщиной, уже много лет переживающую потерю своей семьи.
Постепенно между ними завязываются отношения. Лишенные каких-либо романтических иллюзий, крайне тактичные, основанные скорее на чувстве одиночества, чем на том, что принято именовать любовью.
Их разговоры, как правило, не продолжительны. Пропитанные скованностью и нежностью, они обрываются на полу фразе. Как два смертельно раненных существа, связанные одной цепью, стараются не делать лишних движений, так и Марио и Хулия пытаются избежать ненужных слов и опрометчивых действий.
При этом, Марио, которому порядка 40 лет, видит в Хулии еще и сексуального партнера. Оставшись у нее на ночь, он подглядывает за ней. А на следующий день, впервые в своей жизни, отправляется к местной шлюхе.
Так постепенно история переходит в другое русло. И крайне элептичный секс между Марио и Хулиией, и следующие за ним терзания Марио, все становится частью неминуемого. Два одиночества не переходят в счастье. Марио селит Хулию в комнате матери. Они впервые идут вместе на петушиные бои.
Каждый приносит что-то в жертву. Не лишаясь все той же обреченности, осознавая приближение неминуемой смерти, или отсутствия жизни как таковой, они инстинктивно хватаются за единственную возможность что-то изменить.
«Мы проиграли», - говорит Хулия, когда они проигрываются на импровизированных скачках. «Да, проиграли», - совершенно спокойно соглашается с ней Марио. И в контексте всего фильма - это выглядит поражением боли, ее принятием и попыткой свыкшись с ней, начать жить новой жизнью. |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 20th, 2009|02:25 pm] |
"Работаю над сценарием. Условное название «Отдушина». Мне не хватает ощущения подлинности, которое мне мог бы дать лишь опрос. Интересно было бы показать реальные сети, использовавшиеся нелегалами. Нельзя их выдумывать, потому что в этом случае неминуемо получатся клише. Придумать взаимоотношения между персонажами, которые стали бы функцией от действительности. Придется довести до предела наш отказ от эстетизации.
Не приглашать известных актеров — хороший способ избежать презрения зрителя. Он не должен ощущать посредничество декораций, актеров, освещения и т. д. Необходимо, чтобы все эти элементы определялись единым чувством, единым ощущением непреукрашенной грубой жизни, которая в данном случае разворачивается перед камерой, но могла бы разворачиваться и вне ее присутствия. Камера стремится следовать за событиями, не ждет, не знает заранее"
Люк Дарденн
6.12.1992 |
|
|
| Godard, l'amour, la poesie |
[Oct. 13th, 2009|01:21 pm] |
Вот здесь можно найти довольно слабую, но все равно занятную, документалку о Годаре и Анне Карине. «Godard, l'amour, la poesie» - это 50 минут включающие в себя кадры из фильмов, несколько фотографий, цитаты из дневников Карины и воспоминания Рауля Кутара. Того самого Кутара, который в свое время был оператором у Годара. Который упоминается в «Маленьком солдате», как автор «закона относительно дерьма», представляемый самим Годаром как «мой друг, лучший оператор Франции Рауль Кутар». И который, если верить Крису Пети сказал однажды своему знакомому о Годаре, что тот на самом деле хотел бы «проглотить всю пленку и выдать ее обработанной через задний проход — тогда ему никто не будет нужен».
В самом же фильме ничего нового. Карина снималась в рекламе мыла. Годар хотел, что бы она сыграла эпизодическую роль обнаженной девушки в «На последнем дыхание». Карина отказалась. Потом был «Маленький солдат». Трудности со съемками. Трудности с прокатом. Первые свидания. Замужество. Выкидыш. Развод. «Презрение». В общем, все то, что и так было давно известно.
Где-то там же, можно найти и «Jean-Luc Godard Meeting Woody Allen», «Операцию бетон» (дебютную короткометражку Годара) и еще несколько довольно редких фильмов.
ЗЫ: Кстати, интересная легенда про Годара от Роже Вадима. Если верить последнему, то Годар хотел взять на роль Патрисии в «На последнем дыхании» тогдашнюю супругу Вадима - Аннет. Для этого Годар пришел к Вадиму, и рассказал о своей идеи. Тот попросил сценарий, и Годар протянул ему спичечный коробок, на котором было написано: «Он – подонок, завороженный героями американских фильмов. У нее акцент. Продает «Нью-Йорк геральд требьюн». Это не совсем любовь, а скорее иллюзия любви. Все плохо кончится. Нет, хорошо. Или плохо».
Но это уже не из фильма. Это просто лирическое отступление в воспоминаниях Роже Вадима о «его телочках». |
|
|
| Пророк |
[Sep. 21st, 2009|04:57 pm] |
Одиаровский «Пророк» – это ведь отличный портрет современного человека. Где Малик Эль Джабена, такой себе герой нашего времени, безграмотный приспособленец, не признающий никаких авторитетов и готовый на все ради лучшей жизни.
Оказавшись во взрослой жизни, он поначалу просто пытается выжить. Попадает под защиту корсиканцев. Изучает их язык, толком не зная своего родного. Учится у их главаря Сезара. Прислуживает им. Затем, возмужав, он с готовностью принимает правила игры. Заводит нужные знакомства. Обзаводится собственной бандой. Идет на опасное дело, подставляет своего шефа. С небольшими угрызениями совести выкуривает сигарету.
При этом, Одиар, весь фильм держится от своего героя на неком расстояние. Давая возможность спокойно наблюдать за его действиями. Вначале, когда Малику приходится совершить свое первое убийство, ради выживания. Ближе к концу, когда в последний момент он оставляет в живых одного из заказанных ему шишек. Одиар показывает «да вот так это все и происходит». Никаких терзаний, никаких психологических заморочек. Просто, крайне нервный и неприятный момент. Собраться с силами, преодолеть его и идти дальше.
Здесь, конечно, можно все списать на стиль режиссера Жака Одиара. А можно и нафантазировать, что все это очень характерно для жителя 21-го века. Суровый прагматизм, никаких душевных терзаний, выжить любой ценой и призрак убитого араба, как напоминание о том, что от своей совести, вроде как, и не уйти, но если подождать, то все само собой нормализуется. |
|
|
| (no subject) |
[Sep. 18th, 2009|12:21 pm] |
В «Злых улицах» Мартина Скорсезе, Харви Кейтель жалуется подружке на океан, на погоду, еще на что-то, признаваясь что терпеть всего этого не может. На это она, разумеется, его вопрошает, так что же он любит. И Кейтель называет лазанью, жаренного цыпленка и еще какую-то незначительную ерунду.
*** В «Любите ли вы Брамса» Франсуаза Саган пишет о 25-летнем Симоне: «Хотя внешность не прибавляла ему самоуверенности, он с облегчением твердил про себя: «У меня ни за что не хватило бы духу быть уродом». И при этой мысли ему мерещилось аскетическое существование то ли в качестве отверженного художника, то ли пастуха в Ландах».
*** В голове крутится замечательная фраза из статьи об Оливье Ассаясе «в последних фильмах Ассаяса перед нами предстают все более тесно взаимосвязанные, всегда суровые миры, и «неприятными» оказываются в конечном счете они, а не сами фильмы». |
|
|
| (no subject) |
[Aug. 28th, 2009|08:11 pm] |
В «Выходе на посадку», возможно, и не лучшем фильме Оливье Ассаяса, есть потрясающая 20-минутная сцена с Асией Ардженто и Майклом Мэдсеном. Когда, Ардженто приходит к Мэдсену домой, отдать ключи и напомнить о деньгах. Все это, разумеется, оказывается лишь предлогом.
- Зачем же ты пришла? - спрашивает Майкл Мэдсен.
- Я хотела понять, что в тебе делало меня такой одержимой, - отвечает Ардженто.
- И что же это?
- Ничего. Я просто больше этого не вижу.
Она всячески пытается его уколоть, намекает на его крах, говорит о его обрюзгшем теле. Мэдсен выслушивает все это, оставаясь внешне совершенно спокойным. Только однажды, он не выдерживает и после нервного смешка, швыряет на пол несколько рюмок стоящих на столе.
Майкл Мэдсен играет такого себе «циничного парня» на пороге смерти, который осознает, что женщина, которая была близка ему и которую он мог использовать, больше не любит его, либо, правильнее здесь сказать, не принадлежит ему. Ардженто же, просто должна окончательно разобраться в своих чувствах. Чем больше она движется к своей цели, тем становится более раскрепощенной.
В один из последних моментов сомнения, она порывается уйти. «Я должна уйти, что бы не случилось ничего ужасного», - говорит она. Но Мэдсен ее не отпускает. Как результат, исчезает и последняя нить связывающая их между собой.
Чуть позже, Ардженто расскажет о моменте, когда поняла, что больше его не любит (Ассаяс здесь, пожалуй, намерено утрирует, подавая историю в крайне изощренном ключе). Причем произойдет это, после неудачной и вновь крайне извращенной попытки секса.
Заканчивается же все ожидаемой сменой ролей. Арженто и Мэдсен окончательно меняются местами. И в конце этой сцены, Мэдсен оказывается скованный наручниками, а Ардженто в одном нижнем белье подносит к его голове пистолет. |
|
|
| Это не кровь, просто красное |
[Aug. 11th, 2009|11:13 pm] |
В книге Бискинда есть прекраснейшая история про актера Тимоти Кери, рассказанная Мартином Скорсезе. У последнего тогда были нелады с продюсерами «Таксиста» и те заставляли вырезать из фильма большинство сцен насилия, превратив его, по словам Скорсезе в «картину уровня Диснея». Скорсезе приехав домой и находясь на грани истерики, вызвонил своих приятелей Де Пальму и Спилберга и помимо всего прочего рассказал им историю о Тимоти Кери.
Кери, актер 50-х, однажды пришел на прослушивание к продюсеру Гарри Кону. Посреди встречи, он остановился и сказал: «Знали бы вы, что за унижение вот так стоять и кривляться перед вами, теми, кто понятия не имеет о том, что такое актер и подлинное искусство». После чего достал револьвер и выстрелил в Кона целый барабан. Пистолет, правда, был заряжен холостыми, а Керри в течение двух лет после случившегося не мог получить в Голливуде никакой работы.
В дополнении характеристики последних недель, можно вспомнить еще и фразу из «Безумного Пьеро». Про то, что весь день прообщавшись с идиотами, приходишь вечером домой – смотришь на себя в зеркало и начинаешь сомневаться. Кажется, она звучала как-то так и кажется, что ее все-таки произносил Бельмондо, а не Анна Карина. |
|
|
| Кассаветис и «новый» Голливуд |
[Aug. 9th, 2009|09:23 pm] |
За каждой продолжительной депрессией, сопровождающейся неминуемой в таких случаях апатией, наступает обязательный прорыв. По крайней мере, в это хочется верить.
Последние две недели смотрю едва ли не одно американское кино 60х-80х. Богданович, Пенн, Олтмен, Скорсезе, Де Пальма, Шлезингер, Эшби, Пекинпа, Хьюстон… и Кассаветис. Причем, Кассаветис, здесь стоит особняком. Есть Голливуд, есть так называемый «новый» Голливуд. И есть Джон Кассаветис.
Возможно, для того, что бы полюбить Кассаветиса, мне нужно было лишь увидеть его «Глорию» и «Премьеру». Или просто пересмотреть его ранние фильмы и уже затем прочитать отрывки из книги Рэя Кэрни.
Сейчас, допустим, мне кажется полнейшей нелепицей, что раньше я мог говорить, о своей не любви к фильмам с Джиной Роулендс, сравнивая их с фильмами Феллини с Джульеттой Мазиной.
Да, Джину Роулендс я не могу назвать своей любимой актрисой. И я уже вряд ли когда-нибудь смогу признаться, что был влюблен в нее, так же как в молодую Дайан Китон или в прекрасных актрис из фильмов французской «новой волны». Но Джина Роулендс в фильмах Кассаветиса действительно волшебна. Я задаю себе вопрос: были бы без нее та же «Глория», «Премьера» или Потоки любви» и вообще был без Джины Роулендс весь кинематограф режиссера Джона Кассаветиса?
«И я сказал Джине: «Готова ли ты обойтись пару лет без комфорта, если мы вложим все, что имеем, в наш фильм?» «Да, — ответила она. — При условии, что ты не заставишь меня обрить голову. Я на этом настаиваю», - рассказывал Кассаветис о периоде «Лиц».
Касаемо же «Глории», одного из самых прекрасных для меня фильмов Кассаветиса, который некоторыми, наоборот, считается одним из его самых неудачных, мне очень интересна история его создания.
«Глория» родилась случайно. Хотя в нашем деле все рождается не по плану, спонтанно. Мне позвонил Дик Шеферд из MGM и спросил: «Если у вас есть история про детей, я ее покупаю». И я быстро написал динамичную, легкую гангстерскую историю.
Ее купили и передали «Коламбии». Я написал эту историю, чтобы продать, и не собирался ее снимать. Но «Коламбия» настаивала. Мне не хотелось, я не знаю гангстеров и не хочу убивать на экране целую семью. Поэтому я решил, что если это история о насилии, пусть оно будет скорее эмоциональным, чем физическим».
В книге же Питера Бискинда, которая является важным дополнением к моему американскому периоду, почти ни слова о Кассаветисе. Несколько упоминаний вскользь. Несколько слов. «Как Годар в Европе, и Кассаветис в малобюджетном американском кино», «как снимал Джон Кассаветис» и одно из высказываний Богдановича, как наиболее масштабное упоминание о выдающемся режиссере:
«Одним из первых показов в театре «Нью-Йоркер мы анонсировали выход «Теней» Джона Кассаветиса. Очередь за билетами протянулась на целый квартал… Именно «Тени» стояли у истоков «нового» Голливуда» |
|
|
| (no subject) |
[Jul. 21st, 2009|03:27 pm] |
«Two lovers» - совершенно неожиданное кино. Какое-то знакомое, меланхоличное и крайне правдивое. Джеймс Грэй вроде бы и берет стандартную историю парня мечущегося между двумя девушками, а получается что-то значительно большее. Такая себе, не знающая национальных границ, история становления молодого человека. Одиночество, родители, туманное будущее, любящая подружка, череда бессмысленных поступков и попытка свалить в Сан Франсиско, как инфантильная возможность в корне изменить свою жизнь. |
|
|
| Еще немного про Оливье Ассаяса |
[Jul. 15th, 2009|08:49 pm] |
«Я всегда считал, что кино может быть инструментом наблюдения, что им движут субъективности, с которыми я могу вступить в диалог, чтобы понять мир», - говорит Оливье Ассаяс.
А позже рассказывая о своем «Демоне-любовнике» он как бы продолжает: «Я спросил себя, что самое важное в современном кино, как лучше всего использовать его средства для того, чтобы рассказать о нашем сегодняшнем мире? Я избрал очень прямой, "лобовой" стиль, контрастирующий с философским замыслом моего сценария. Мне нравится кино, которое не боится, которое не стесняется быть откровенным, жестоким, даже вульгарным»
И это, как мне кажется, во многом объясняет кино Ассаяса. Он выбирает некую тему, не всегда личную, и сам задавая вопросы пытается найти на них ответы. Где-то там уже, вплетая что-то личное. Какие-то слова, фразы, ситуации.
***
И еще, что кажется мне очень важным, Оливье Ассаяс потрясающе показывает своих актрис. Ему хватает лишь нескольких минут, парочки эффектных кадров что бы влюбить зрителя в героиню. Вернее даже не влюбить, а сделать так что бы зритель ее захотел. Или все же влюбить... В общем, то и дело вспоминаются слова небезызвестных людей про то, что режиссер должен быть влюблен в свою актрису. ( 6 трейлеров и небольшой наркобонус... ) |
|
|
| Quartier Des Enfants Rouges |
[Jul. 11th, 2009|02:07 pm] |
Да, конечно, в «Paris Je T'Aime» самая прекрасная история для меня это «Quartier Des Enfants Rouges». Ее режиссер Оливье Ассаяс, который сейчас очень важен для меня, а в главной роли - одна из моих любимых актрис - Мегги Гилленхаал. |
|
|
| Винегрет |
[Jul. 10th, 2009|12:16 am] |
После Ассаяса, потянуло на американское кино. Пересмотрел раннего Скорсезе (надо написать отдельно). Устроил себе ретроспективу Абеля Феррары. Секс, наркотики и вера.
У Феррары, кстати, есть два довольно интересных фильма на околокиношную тему. В одном из которых, Харви Кейтель играет практически самого Абелю Феррару.
Затем посмотрел два откровенно неудачных фильма Де Пальмы. В «Воскрешение Каина», правда, как всегда у Де Пальмы есть несколько потрясающих кадров, которые так и хочется попробовать воплотить на экране.
А затем перешел на хорроры. Под знаком хорроров, собственно и прошла последняя неделя. Уже едва ли не классики: Крейвен, Ромеро и Зомби. «Райское озеро», «Смерть в три дня», еще что-то. И новая звезда жанра, 30-летний француз Александр Ажа. Его «Кровавая жатва» - оказалась довольно оригинальной штукой, в которой, по-моему было что-то от Де Пальмы (толи «Одетая для убийства», толи уже упоминаемое «Воскрешение Каина»). |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
holden_green's journal